Кино и сериалы
Маньяк жестоко убил и расчленил дочь полицейского чиновника в отставке. Девушка была невестой специального агента Ким Су-хёна, и он этого просто так не оставит. Су-хён проверяет всех стоящих на учёте извращенцев, быстро находит нужного, но не спешит тащить его в полицию. У спецагента свой план мести.
Маньяк жестоко убил и расчленил дочь полицейского чиновника в отставке. Девушка была невестой специального агента Ким Су-хёна, и он этого просто так не оставит. Су-хён проверяет всех стоящих на учёте извращенцев, быстро находит нужного, но не спешит тащить его в полицию. У спецагента свой план мести.
Некогда способный следователь средних лет Ли Дон-щик теперь работает в небольшом полицейском участке тихого городка и ведёт спокойную жизнь. Его начальником и напарником становится молодой карьерист Хан Джу-вон, чей отец метит в руководители Главного управления полиции. Вскоре в их захолустье начинают происходить серийные убийства, очень похожие на случаи 20-летней давности.
Некогда способный следователь средних лет Ли Дон-щик теперь работает в небольшом полицейском участке тихого городка и ведёт спокойную жизнь. Его начальником и напарником становится молодой карьерист Хан Джу-вон, чей отец метит в руководители Главного управления полиции. Вскоре в их захолустье начинают происходить серийные убийства, очень похожие на случаи 20-летней давности.
Пён-ду — мелкий гангстер. Он является правой рукой босса Хвана и выполняет разные поручения, иногда и с риском для жизни. Пён-ду приходится содержать мать и младших брата с сестрой, поэтому, понимая всю свою ответственность, он хочет уйти из банды.
Пён-ду — мелкий гангстер. Он является правой рукой босса Хвана и выполняет разные поручения, иногда и с риском для жизни. Пён-ду приходится содержать мать и младших брата с сестрой, поэтому, понимая всю свою ответственность, он хочет уйти из банды.
Конец XIX века. Чосон встаёт перед выбором сохранения традиций или проведения реформ, большей открытости иностранным державам. На влияние в стране претендуют такие могущественные государства как Япония с одной стороны, и Россия — с другой. Параллельно властями в стране преследуются католики, которые вынуждены скрываться и вести борьбу за выживание, иногда и террористическими методами в ответ на казни и лишения. Интриги и заговоры преследуют королевский двор и аристократию, а от покушений не
Конец XIX века. Чосон встаёт перед выбором сохранения традиций или проведения реформ, большей открытости иностранным державам. На влияние в стране претендуют такие могущественные государства как Япония с одной стороны, и Россия — с другой. Параллельно властями в стране преследуются католики, которые вынуждены скрываться и вести борьбу за выживание, иногда и террористическими методами в ответ на казни и лишения. Интриги и заговоры преследуют королевский двор и аристократию, а от покушений не
Корея под японской оккупацией. Ким Джун-щик мечтал стать следующим Сон Ги-джоном (корейский марафонец, который выиграл олимпийское золото в период японского колониального господства), чтобы соперничать с лучшим японским чемпионом Хасэга Тацуо. Джун-щик не хотел идти на войну, а Тацуо был горд служить своей стране. Оба были вынуждены вступить в армию.